Мы видим реальный мир таким

«Мы видим реальный мир таким, каким воспитаны его воспринимать». На эту мудрую мысль я натолкнулась в книге Карлоса Кастанеды «Учение дона Хуана. Путь знания индейцев яки», с которой впервые познакомилась много лет назад в альпинистском лагере в горах Алатау.

Здесь, вдали от цивилизации, в обстановке автономного существования, проходил один из первых моих экспериментов, целью которого было изучение оптимального рациона питания человека при длительных и тяжелых физических нагрузках. Помню, с какой радостью трое подготовленных по моей системе молодых мужчин-альпинистов, отправляясь на трудное восхождение, оставили в лагере тяжелые рюкзаки с консервами, колбасами, сыром и хлебом, заменив их небольшими сумками у пояса, и какими бодрыми, жизнерадостными вернулись они через шесть дней, совершив нелегкий подъем на «пятитысячник».

Проводив их, я осталась наедине с упомянутой мною книгой, отпечатанное на папиросной бумаге ротапринтным способом. Я буквально «проглотила» ее, настолько необычным и одновременно точно отражающим порядок вещей показалось мне мировосприятие индейцев яки. С тех самых пор я укрепилась в своем стремлении не доверять слепо общепринятым, кажущимся незыблемыми представлениям в науке и в жизни. И, как мне довелось не раз убеждаться, была права.

В современной науке, в том числе и в науке о питании, немало ошибочного, идущего от низкого уровня познания мира. Однако это не мешает человеку самонадеянно полагать, что он умнее живой природы и может не считаться с ее законами. Квинтэссенцией этого мировоззрения стало известное выражение: «Мы не можем ждать милостей от природы, взять их у нее — наша задача». И берем, насилуя и разрушая ее.

Между тем законы природы мудры. В ней органично сливаются материальное и идеальное, малое и великое, частное и общее, все, что мы, словно малые дети, ломающие любимые игрушки, разбираем на части, на составные элементы, изучаем их, каждый в отдельности, надеясь понять принцип действия целого. Такой способ исследований преобладает сегодня и в естественных науках и в философии, призванной осмысливать добытые учеными объективные факты.

Отрицать подобный метод познания мира было бы и бессмысленно, поскольку он существует, и неразумно, учитывая значимость полученных с его помощью результатов. Но метод этот несет в себе и серьезную опасность. Беда заключается в том, что и естественные науки и философия, не оплодотворенные духовностью, зачастую рождают настоящих монстров — таких, например, как теория сбалансированного питания.

Весь мир склоняет головы в память о десятках тысяч людей, погибших в атомном смерче Хиросимы и Нагасаки. Всех нас потрясла чернобыльская трагедия. Но в то же время мы не даем себе труда хотя бы на миг задуматься о чудовищных последствиях безраздельного господства упомянутой «теории», которая ежегодно уносит жизни миллионов и миллионов людей, безвременно погибающих от освященного ее авторитетом противоестественного, противопоказанного человеческому организму питания.

Духовность — вот тот водораздел, который отделяет целебное питание, являющееся неотъемлемой частью созданной мною целостной системы естественного оздоровления, от так называемого сбалансированного. Причем под словом «духовность» я подразумеваю не просто образованность, начитанность, знание музыкальной грамоты или умение разбираться в стилях, жанрах и направлениях искусства, а способность воспринимать, ощущать каждой клеткой своего тела гармонию многоликого, многоцветного, многообразного и в то же время единого мира.

Я не буду останавливаться здесь на многочисленных пороках теории сбалансированного питания, так как это достаточно полно и доказательно будет сделано в последующих главах книги. Скажу лишь, что эти «врожденные» пороки делают теорию сбалансированного питания неполноценным дитятей не менее неполноценной цивилизации, в центре внимания которой оказалось удовлетворение не насущных естественных потребностей человека, а его стремления к удовольствиям и ложно понимаемому комфорту. К чему такая погоня приводит, я уже показала в предыдущей своей книге «Формула здоровья и долголетия» на примере крыс, которых приучили нажатием педали раздражать слабым электрическим импульсом центр удовольствия в их головном мозге. В результате животные превратились в настоящих наркоманов. Нечто подобное при прямом соучастии теоретиков сбалансированного питания произошло и с человеком.

Благословив людей на потребление высококалорийных животных продуктов, они породили не только взрыв хронических заболеваний, но и проблему голода на нашей щедро плодоносящей Земле. Предписывая обязательное потребление мяса и других животных продуктов, якобы жизненно необходимых человеку, внедрив эту идею в общественное сознание, «калорийщики» придали мощное ускорение развитию животноводства. Сегодня скоту скармливаются сотни миллионов тонн полноценных естественных продуктов, которых с лихвой хватило бы на обеспечение пищей не одного миллиарда людей.

К счастью, в недрах старого обязательно пробиваются ростки нового. Они набирают силу, крепнут, пока в конце концов не вытеснят из жизни, из сознания людей теории и концепции, в которых, как в зеркале, отразились низкий уровень знаний предшествующих поколений, умноженный и возведенный в степень теми, кто строил свое благополучие на невежестве масс.

Это неминуемо произойдет и уже происходит благодаря трудам великих ученых, достойное место среди которых занимают наши соотечественники И. М. Сеченов, И. П. Павлов, В. И. Вернадский, русский по происхождению И. Пригожин, И. Л. Герловин, А. М. Уголев.

Об академике Александре Михайловиче Уголеве хочу сказать особо.

Когда я работала над этой книгой, пришла весть о его кончине, которая буквально потрясла меня. Ушел из жизни выдающийся исследователь, вклад которого в науку о питании соизмерим разве что с вкладом великого И. П. Павлова. Но если И. П. Павлов первым среди отечественных ученых был отмечен Нобелевской премией, которая сыграла роль его ангела-хранителя после 1917 года, то Александру Михайловичу была уготована иная судьба. Как честный ученый и человек, он одним из первых у нас выступил против теории сбалансированного питания, указав на трагические последствия, которые она несет людям. Это послужило сигналом к началу его организованной травли: ученого лишили не только любимой работы, но и всяких средств к существованию. Так сказать, в назидание еретикам.

Прошло немало времени, прежде чем А. М. Уголева вновь допустили к научной деятельности. Однако тяжкие испытания, выпавшие на его долю, не прошли бесследно. Великий ученый вынужден был предварять изложение своих идей, выводов и открытий, не оставляющих камня на камне от теории сбалансированного питания, обязательным ритуальным поклоном- в сторону ее жрецов — научных лилипутов и дежурными фразами о значении проповедуемой ими «теории» в развитии науки о питании.

Уверена, что та же, если не еще более трагичная судьба ждала бы и другого крупнейшего ученого современности, ленинградского физика-теоретика И. Л. Герловина, обнародуй он во времена «охоты на ведьм» в науке разработанные им основы единой теории всех взаимодействий в веществе и тем более «Парадигму для жизнеспособных и развивающихся систем», которая с научной объективностью и бесстрастностью свидетельствовала о том, что социализм является системой нежизнеспособной.

Мне, как медику и ученому-биологу, особенно близок и понятен вывод И. Л. Герловина о том, что «человечество до сих пор не знает до конца всех особенностей воздействия на человека используемой им пищи и наивно оценивает ее качество по калорийности. Человечество широко использует во всем народном хозяйстве, особенно при производстве продуктов питания, искусственно созданные вещества, даже основой лечения человека стала химиотерапия. Только в последние годы возникло понимание того, что все это — самоотравление человечества…

Это произошло потому, что современная наука зациклилась на очень низком уровне познания мира и объявила постулаты, созданные на этом уровне, истиной в последней инстанции»1.

А ведь выход из создавшегося тупика известен людям давно — еще со времен Пифагора, питавшегося растительной пищей. Мне в моих многочисленных экспериментах, рассказ о которых впереди, удалось доказать, что потребление продуктов, сохраняющих свои природные биоинформационные свойства, уменьшается. Пища не отягощает своей массой желудочно-кишечный тракт, не растягивает желудок, нормализуется толстый кишечник, восстанавливаются его микрофлора, а затем и функции пищеварительного тракта в целом, что имеет решающее значение для приведения организма человека в состояние полного фактического, а не «практического» здоровья.

 

Как вы уже поняли — это небольшой отрывок большого произведения.

У нас можно ознакомиться с ним полностью

My-vidim-realnyy-mir-takim.doc


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code